«Участились пыльные бури»: почему южные регионы не справляются с опустыниванием

Каждое лето в Ростовской области становится жарче, почвы без орошения теряют плодородие, а естественных осадков уже не хватает. Проблема выходит за рамки региона — в целом по России деградация затронула более 120 миллионов гектаров. Корреспонденты решили выяснить, может ли на Дону повториться сценарий опустынивания, как в соседней Калмыкии.

Опустынивание понимается по-разному: для одних это барханы Сахары, для других — трещины на высохшей земле или одинокое дерево в степи. Ученые опираются на определение ООН: это деградация земель в засушливых районах из-за климатических изменений и человеческой деятельности. Снижение продуктивности пахотных угодий и пастбищ происходит из-за ветровой и водной эрозии, когда плодородный слой сдувается или смывается, и растения перестают всходить.

Наиболее яркий пример — Черные земли Калмыкии и Кизлярские пастбища в Дагестане, где на 3,2 миллиона гектаров образовалась единственная европейская пустыня. Как объясняет ведущий научный сотрудник кафедры океанологии ЮФУ Денис Кривогуз, процесс развивался лавинообразно: если в 1956–1959 годах признаки опустынивания наблюдались на 3,5% территории, то к 1971–1972 годам — уже на 37,2%, а к середине 1980-х — почти на 94,6%. Площадь подвижных песков достигла 600 тысяч гектаров, ежегодный прирост очагов составлял 40–50 тысяч гектаров.

Причинами стали засушливый климат, чрезмерный выпас скота, распашка уязвимых земель и разрушение почвенного покрова. Хотя Калмыкия граничит с Ростовской областью, прямой миграции пустыни через границу нет. Однако, по словам Кривогуза, оба региона находятся в единой южной засушливой зоне с общими факторами: дефицит влаги, суховеи, ветровая эрозия, пыльные бури и высокая хозяйственная нагрузка.

К 1985 году в Ростовской области эрозией было поражено 2212,7 тысячи гектаров. За следующие десять лет эта площадь выросла на 980 тысяч гектаров, а засоленными стали 72,8 тысячи гектаров угодий. Ученые вели мониторинг с 1961 года на пяти метеостанциях (Ростов, Мартыновка, Зерноград, Зимовники, Заветное), измеряя увлажнение, испаряемость и степень аридности. Сравнение периодов 1961–1990 и 2016–2020 показало, что средний дефицит влаги вырос на 57% (до 857 мм), испаряемость — на 32% (с 808 до 1068 мм), а сумма осадков составляет лишь 210 мм — в пять раз меньше. Индекс сухости увеличился на 65%: с 3,08 до 5,08.

Содержание гумуса в пахотных почвах области с 1960 по 1990 годы снизилось в среднем в 1,2 раза, а в отдельных зонах — в 1,3 раза. После 1990-х темпы падения замедлились, и почва начала накапливать минеральные вещества. Впервые об опустынивании официально заявили в 2000 году в Субрегиональной национальной программе действий для Северного Кавказа.

Согласно монографии кандидата сельхознаук Людмилы Абакумовой, к 2006 году площадь деградированных земель в России составляла 120 миллионов гектаров. Денис Кривогуз добавляет, что, помимо Калмыкии и Ростовской области, проблема затрагивает Астраханскую, Волгоградскую, Саратовскую области, а также юг Сибири и Забайкалья (Бурятия, Тыва, Хакасия, Алтайский и Красноярский края). Причины везде схожи: сочетание засушливости, роста испаряемости, перевыпаса, распашки, эрозии, засоления и разрушения лесозащитных полос.

В Ставропольском крае и Дагестане опустынивание усилилось после 2018 года из-за участившихся пыльных бурь, сообщает младший научный сотрудник Волгоградского научного центра агроэкологии Валерия Дорошенко. На Дону процесс наиболее выражен на юго-востоке: дефляция пастбищ на востоке, засоление орошаемых земель на юго-западе, эрозия на склонах Донской гряды и Донецкого кряжа. Власти оценивают площадь поражения в 800 тысяч гектаров.

По словам профессора кафедры почвоведения ЮФУ Ольги Безугловой, самые резкие изменения происходят в Дубовском, Заветинском, Ремонтненском, Зимовниковском и Орловском районах — острозасушливой зоне с осадками до 200 мм в год, где суховеи и пыльные бури — обычное явление. За последние 30 лет в области зафиксировано 15 крупных засух, причем засушливые периоды становятся длиннее. К антропогенным факторам относятся высокая распаханность (57% территории — пашни), сокращение лесополос на юго-востоке на 24,5% за 30 лет, а также эрозия, уносящая миллионы тонн плодородного слоя ежегодно.

Зампредседателя заксобрания Ростовской области Вячеслав Василенко отмечал, что лесистость региона — всего 2,4%, что вдвое ниже среднего по ЮФО. По данным Южно-европейской научно-исследовательской лесной опытной станции, коэффициент деградации земель в 2022–2024 годах составил от 50 до 75 баллов для пяти из шести сельхоззон (сильная деградация) и от 25 до 50 для Приазовской зоны. В результате на юго-востоке, юге и севере области преобладает изреженная растительность, а на западе и в центре (Азовский, Усть-Донецкий районы) площади с густой растительностью растут, вероятно, из-за влияния Азовского моря.

Заведующая кафедрой почвоведения ЮФУ Татьяна Минкина констатирует: «Участились пыльные бури (2020 и 2024 годы), в 27 из 43 муниципальных районов области объявлялось чрезвычайное положение по почвенной засухе. В последние два десятилетия наблюдается новая фаза аридизации, более засушливая, чем в 1980‑е годы».

Согласно статье «Изменение климата как фактор опустынивания на юго-востоке Ростовской области», средняя температура воздуха к 2050 году вырастет на 2,5°C — на 0,5°C за каждое десятилетие. Увеличится число дней с температурой выше +30°C. Минкина предупреждает: в зоне риска в ближайшие десятилетия может оказаться до 20% территории области.

Без активных мер опустынивание будет усиливаться. Содержание гумуса в почвах снизилось с 7–8% в 1960–1970-х до 3,5–4% сейчас. На каштановых почвах юго-востока процесс продолжится: ветровая эрозия ускорится, пыльные бури станут чаще, урожайность упадет, что подорвет продовольственную безопасность. Восстановление почвы занимает десятилетия. Другая группа ученых призывает к рационализации хозяйственной деятельности, иначе «продолжение нерациональной деятельности приведет к катастрофе». Впрочем, в 2025 году из-за обильных осадков на востоке области в Ремонтненском и Зимовниковском районах был получен рекордный урожай зерновых.

В СССР, по словам Дениса Кривогуза, с опустыниванием боролись комплексно: создавали защитные лесополосы, закрепляли пески, высевали многолетние травы, регулировали выпас и обводняли пастбища. После засухи 1946 года приняли «План преобразования природы» в 1948 году. В Калмыкии генеральная схема 1986 года позволила провести фитомелиорацию на 720 тысячах гектаров к 2001 году, что сдержало распространение песков.

В Ростовской области программу по борьбе с деградацией запустили в середине 1990-х («Программа повышения плодородия почв на 1995–2000 годы»), включавшую посадку лесонасаждений, замену поливной техники и внесение удобрений. Однако из-за недостатка финансирования дорогостоящие мероприятия остались невыполненными.

Ученые рекомендуют немедленно принять меры:

Регулировать поголовье скота и не допускать перевыпаса в южных и юго-восточных районах.

Применять противоэрозионную организацию территории, лесомелиоративные, агротехнические и лугомелиоративные мероприятия, особенно на сложном рельефе.

Заведующая лабораторией «Интеллектуальные агроэкосистемы» Светлана Сушкова отмечает эффективность технологии No‑Till (земледелие без вспашки). По ее словам, многолетний мониторинг показал: за 15 лет содержание гумуса возрастает на 25–30%, а урожайность подсолнечника и озимой пшеницы — на 25–30%. Также важно корректировать севообороты: для 80% территории области сохранять традиционные культуры (озимую пшеницу, кукурузу, сою), но добавлять 10–15% засухоустойчивых — сорго и нут.

Сушкова сообщила, что Ростовская область участвует в пилотном проекте Агентства стратегических инициатив: весной 2026 года планируется утвердить Красную книгу почв, а в 2025 году запущен мегагрант на создание цифрового двойника почв с использованием ИИ.

Региональный Минсельхоз предлагает субсидии на посев многолетних трав для хозяйств засушливых районов. Ставка зависит от годового финансирования. Основой агролесомелиорации остаются лесополосы: государственное учреждение «Управление агролесомелиорацией» обследует и очищает их от сухостоя. Для сельхозпроизводителей, чьи поля примыкают к лесополосам, предусмотрена компенсация 90% затрат на посадку. Также земельные участки с лесополосами можно арендовать без торгов за символическую плату — 1 рубль за гектар. Однако, как ранее заметил председатель Ассоциации крестьянско-фермерских хозяйств области Александр Родин, «дураков-фермеров нет, чтобы брать на себя эти мелиоративные мероприятия».

Власти региона в марте 2026 года предложили увеличить срок господдержки для фермеров, ухаживающих за лесополосами, с трех до пяти-шести лет — этого времени достаточно для приживаемости деревьев. Также надеются привлечь федеральное финансирование. На сегодня в Ростовской области 240 тысяч гектаров защищены лесополосами: 154 тысячи в областной собственности, 86 тысяч — в собственности агрокомпаний. Почти 78% из них требуют вырубки сухостоя. По словам Вячеслава Василенко, в регионе плохо развиты лесопитомники: «Всем говорю: стыдоба! Ростовская область покупает [саженцы] в Волгограде, в Ставропольском крае, чтобы заниматься посадками, восстановлением леса у себя».

До 2 ноября 2026 года по поручению премьер-министра Михаила Мишустина министерства должны подготовить научно-техническую программу по восстановлению лесополос, посаженных более 50 лет назад по Сталинскому плану. Инициатив много, но их реализация тормозится из-за бюрократии и нехватки средств. Ученые настаивают: действовать нужно срочно, иначе катастрофа неизбежна.